Архив рубрики: Фотоработы

Мои фоторепортажи и запомнившиеся

Впечатления от the doors в Москве и о грибах

Впервые я вошел в двери восприятия в девяностых, когда Кобейн еще был жив, а Моррисон давно уже покоился на Пер Лашез.
Началось не с музыки, нет. Со стихов . Тогда стали выпускать книжки с творчеством, как сейчас помню Jethro Tull, Janis Joplin, Lennon и вот с одной из них смотрел на меня чувак. Что-то меня в нем зацепило. Полистал — воодушевило. Начал курить творчество доорз. Накурился до всяких интересных свершений. А именно:

Написал несколько книженций стихов. Впоследствии ими разжигали костер бомжи, облюбовавшие фамильную фазенду. Что-то из этого творчества помню, что-то навсегда забыл.

Поиграл в нескольких рок-колективах. Впоследствии разошлись, по причине не совместимости музыкальных предпочтений. Моя политика внедрения сексуальной мужской агрессии, хотя  об этом говорить было рано в силу возраста, и психоделических концепций, о которых тоже говорить было рано, в связи с отсутствием музыкального профессионализма, доводила всех.

Пошалил на многих тусовках. Об этих шалостях до сих пор кто-то вспоминает с умилением, кто-то крутит у виска, кто-то ни тогда ни сейчас этого всего не понимал. Вспоминать конечно весело. Главное остался след и память.

Проездил десяток тысяч километров по трассам раши и соседей, что несомненно научило понимать психологию различных типов собеседников и слоев общества. Это несказанно помогло в дальнейшей жизни.

Могу с уверенностью сказать, что большую часть влияния на меня того времени оказал именно Моррисон (суки, почему я не Моррисон) или тот образ который я себе создал из песен, клипов и фильма Оливера Стоуна.

Манзарек в интервью был прав, когда сказал, чтобы русские бросали бухать и шли собирать красные грибочки. Потому что только с большой пьяни, слушая the end, можно было рыдать, а старшим товарищам, которые пришли тебя успокаивать, вещать: «Суки!!! Суки!!! Почему я не Моррисон!?!» — легендарная фраза на тусовке в одном городе. Думаю с грибов бы такого не было. Хотя, наверное, не было и легенды.

Так вот о грибах.
С той поры уже много времени утекло, что даже от увиденной афиши доорз никаких ностальгических нот по юношеству не возникло. То ли дело увидеть и услышать нане здравствующего и не менее энергетического столпа рок-культуры Ника Кейва. На Grinderman поход был мной запланирован еще за месяц. Но на старых грибов — Кригера и Манзарека, я идти не собирался, если бы не звонок вежливости товарищу потрепать о том, о сем. Звонок вежливости перешел в ностальгические воспоминания о писанине the doors на школьных партах, о ТОМ времени, когда не думалось ни о чем и дышалось во всю грудь, о нелепых поступках и о товарищах, которых уже нет, но для которых the doors были символом времени, эпохи и всевозможности. О их времени, о нашем времени, о моем времени. Так в конце-концов, лет пятнадцать назад я бы все отдал, чтобы окунуться в атмосферу величайшего шаманства поколения. Тогда, какого черта, спрашивается, я сижу и нелепствую?
Собственно, не пожалел.

Публика собралась самая разношерстная, я бы сказал, почтенная.

Место досталось на балконе, откуда было снято несколько видеороликов выступления.

The Doors «Break On Through»

The Doors — «Roadhouse blues»

Стоить отметить, что Дэйв Брок, исполнявший песни the doors, имитировал Моррисона вполне успешно и вокалом и повадками, разве что не устраивал сумасшедших выходок на сцене. Честно говоря я не уверен, что в этом была какая-то необходимость.
Достаточно было уже того, что перед исполнением «Peace Frog», музыкантам, которым по всей видимости надоело унылое восседание публики в креслах партера, пришлось призвать ценителей с балконов. С этого момента можно считать, что концерт начался. Партер был оттеснен на задние ряды, а ценителям представилась возможность танцевать на креслах и выражать свою радость другими доступными средствами. Думаю, что дорз были бы не дорз, если бы не произошло единения публики и музыкантов, чем меня приятно удивили. Таки старым мухоморам удалось внести атмосферу эпохи. А я оказывается все песни помню наизусть.

Нелепый Кригер в штанах из американского флага.

Молодящийся Манзарек, гордящийся подвигами на сексуальной почве себя и сотоварищей.

Дейв Брок, удачно создающий образ Моррисона

Очень сыгранные и профессиональные музыканты

Spanish Caravan и секс-машина Робби

Несколько видео снятых из партера.


When The Music’s Over — the Doors


Alabama Song (Vodka Bar) — the Doors


Love Me Two Times — the Doors


Robbie Krieger — Spanish Caravan — the Doors

Ну и наконец, закономерно было ожидать выхода на бис с незабвенной Light My Fire, хотя упрашивать пришлось долго. Думаю, что мухоморы все-таки тешили свое старческое самолюбие 🙂

 

В заключение, хочу выразить благодарность организаторам  за качественный звук и свет, ну и конечно же за то что привезли стариков и позволили все-таки окунуться в эпоху, в которой мы уже никогда не будем.
Большое человеческое спасибо.

Пескоструйная очистка трапезных Свияжского Монастыря

В августе специалисты компании “Волга-Альп” закончили работы по пескоструйной очистке трапезных комнат в Свияжском Богородице-Успенском Мужском монастыре.

Небольшой экскурс в историю: Свияжский Богородице-Успенский Мужской Монастырь основан в 1555 году одновременно с учреждением Казанской епархии. Первым настоятелем (до 1564) был архимандрит Герман, позже ставший архиепископом Казанским (1564—1566) и прославленный в лике святых как святитель Герман, Казанский чудотворец. Его мощи — главная святыня монастыря с 1592 года, когда они были перенесены сюда из Москвы). Главный миссионерский центр Казанской епархии на протяжении XVI—XVIII веков. Есть сведения, что типография для печати Священного Писания и богослужебных книг появилась в монастыре ещё при св. Германе — раньше, чем типография Ивана Фёдорова в Москве. Свияжск стал местом крещения сотен, а затем и тысяч представителей местного населения: татар, чуваш, марийцев, мордвы. В середине XVIII века именно при Успенском монастыре размещается знаменитая Новокрещенская Контора, формально закрытая в 1764 году. В XVI—XVIII века монастырь был богатейшим в Среднем Поволжье и входил в число 20 самых богатых в России. В его землях накануне реформы 1764 г. числилось 7200 мужских крестьянских душ — столько же, сколько во всех остальных монастырях Казанской епархии, вместе взятых. По монастырской реформе 1764 года, возведён в I класс — высший для монастырей Российской империи. До 1809 года был единственным первоклассным в Казанской епархии (с 1809 года этот статус получил и Казанский Богородицкий монастырь). Но обеднение в XIX веке самого города Свияжска, а также последствия секуляризации церковных земель 1764 года, от которой монастырь так и не оправился, всё же привели к его упадку. Братия, когда-то превышавшая 100 человек, к началу XX века едва достигает 20-25 монахов и послушников. Доходы монастыря уже значительно уступают доходам многих других монастырей епархии. 9 августа 1918 года красноармейцами был зверски убит без суда последний настоятель обители — епископ Свияжский Амвросий (Гудко). Последний в 2000 году был прославлен в лике Собора новомучеников и исповедников Российских, но место его захоронения не найдено. Монастырь был закрыт и разграблен. Вскрытию и поруганию подверглись мощи свт. Германа (к настоящему времени уцелела лишь их небольшая часть, помещённая в символическую раку). В советское время территорию обители занимала психиатрическая больница. В 1994 году больница была выведена; в 1997 монастырь был официально возрождён. Архитектурный ансамбль Ансамбль монастыря представляет уникальную историко-архитектурную ценность, по которой он не имеет себе равных в Среднем Поволжье. Древнейшие его храмы — Успенский собор (1561) и Никольская трапезная церковь (1556) с 43-метровой колокольней — признанные шедевры русского зодчества XVI века. Особенно ценен для искусствоведов Успенский собор и его фрески того же 1561 года. Это памятник в стиле псковско-новгородских храмов (предполагаемые архитекторы — Постник Яковлев и Иван Ширяй). В XVIII веке он получил новый купол в стиле украинского барокко и 12 узорных барочных кокошников, но в остальном его облик XVI века остался неизменным. Святой Христофор с лошадиной головой. Фреска, 1561, Успенский собор, о. Свияжск Фрески внутри собора занимают общую площадь 1080 кв. метров. Это один из двух храмов России, где сохранился полный цикл стенной живописи эпохи Ивана Грозного (второй — собор Спасо-Преображенского монастыря в Ярославле). Вообще, русскую фресковую живопись XVI века мы знаем, главным образом, лишь на примере названных соборов: сохранилось много более древних и более поздних фресок, но по XVI веку зияет большой пробел. В этом смысле, свияжские росписи являются всемирным раритетом. Наиболее знаменитые их композиции: «Отечество» («Новозаветная Троица») в куполе, «Успение Божией Матери» в алтаре, «Распятый Христос на груди Бога Саваофа» в одном из парусов свода, «Шествие праведных в рай», «Святой Христофор» (единственная в мире сохранившаяся фреска, где этот святой, согласно апокрифической версии изображён с лошадиной головой). Уникально и то, что росписи западной стены не содержат традиционной композиции геенны огненной, изображая лишь райские обители. Другие памятники монастыря относятся к рубежу XVII—XVIII вв.: т. н. архиерейский, настоятельский и братский корпуса. Вознесенский надвратный храм (кон. XVII в.) и храм свв. Германа Казанского и Митрофана Воронежского (XIX в.), к сожалению, были разрушены в советское время. Почти километровая ограда монастыря, придающая ему вид кремля, относится к XVIII—XIX вв.   Естественно, что производить работы в таком памятнике архитектуры и истории – для нас большая честь. Задача состояла в следующем: отпескоструить трапезные Сергиевской Церкви и Церкви Николая Чудотворца для придания интерьеру изначального исторического вида.


Сергиевская церковь перед началом работ

Вход в трапезную Сергиевской Церкви

Вид трапезной изнутри до производства работ

Пескоструйщик

Производство работ
 Загадочное пианино  в трапезной

В процессе очистки

Нетрудно представить как пыльно внутри.
  
Здесь стояла печь. Сажу пескоструем  не повредив кирпич удалить невозможно. Повреждение кирпича не входит в наши цели.
На фотографиях выше отчетливо видно, что кладка состоит не везде из кирпича, но еще и из известнякового камня. Это вообщем-то нарушает целостность конечного интерьера, но соответствует исторической правде. Следует отметить, что расствор, на который положена кладка не выдувается песком под большим давлением. Это говорит о фундаментальности строительстве древних зодчих. Однако в 20 веке в трапезных производился косметический ремонт. Штукатурка ремонта этого косметического ремонта отлетает на свист.
Вторая отпескоструенная трапезная Церкви Николая Чудотворца вся состоит из известнякового камня. Что после очистки в целом создает законченную картину.