Архив метки: корпоратократия

Эндшпиль. Проект глобального порабощения. Видео

Документальный фильм режиссера Алекса Джонса «Эндшпиль. Проект глобального порабощения» смотреть

Цитаты мировой экономической элиты о намеренном сокращении человечества

Шокирующие цитаты мировой элиты, говорящей об уничтожении человечества
Большинство пребывает в неведении, что среди мировой элиты распространяется маниакальная вера в то, что человечество является раковой опухолью, которая разрушает планету и которую нужно уничтожить. Приведем прямые цитаты ведущих  политиков, говорящих о необходимости уничтожения людей и продемонстрируем фильм об одном потенциальном инструменте по сокращению человечества. Единственное интервью Роберта Шапиро, директора Монсанто

Как мы уже говорили, глобальная элита маниакально одержима мальтузианскими идеями ограничением рождаемости. Университеты имеют целые курсы «научного мальтузианства», на самые высокие в мире политические посты назначены радикальные сторонники ограничения рождаемости, ООН издаёт не просто меморандумы о регулировании рождаемости, но и призывает легализовать проституцию, гомосексуализм, наркотики – одновременно  призывая «закрыть все лечебно-исправительные учреждения принудительного характера для наркозависимых, ликвидировать учет лиц, употребляющих наркотики, отменить проведение обязательных и принудительных тестирований на ВИЧ и запретить обязательное и принудительное тестирование на ВИЧ «работников секс-бизнеса»».

При этом они постоянно говорят о необходимости «облегчённого доступа» к аборту, контрацепции и других услуг по «планированию семьи».

Кто эти люди из глобальной элиты, которые так пылко верят в регулирование рождаемости? Преимущественно они имеют иудо-протестантские корни. Например, принц Чарльзвыступая с важной речью, сетовал на быстро увеличивающуюся численность населения планеты: «Я мог бы выбрать Мумбай, Каир или Мехико; куда не глянь, мировое население быстро увеличивается. Оно ежегодно увеличивается на количество людей, равное количеству всего населения Великобритании. Это означает, что через 50 лет нашей бедной планете, которая с трудом сохраняет 6,8 миллиарда человек, придётся каким-то образом содержать более 9 миллиардов человек».

(как мы уже говорили, сайт «Cahiers de Geopolitique biblique», рассматривающий «актуальные геополитические новости в свете Библии», отмечает, что королева Виктория, правившая с 1837 года по 1901 год, была убеждена, что британские монархи являются «потомками царя Давида». Согласно желанию королевы, ее четырем сыновьям (всего у королевы было 9 детей), в том числе и будущему королю Эдуарду VII, было сделано обрезание).

Многие из числа этой «глобальной элиты» верят, что растущая численность населения планеты – проблема номер один, стоящая перед миром. Многие из них абсолютно убеждены, что перенаселение – главная причина «изменения климата», разрушает нашу окружающую среду и угрожает превратить всю планету в одну гигантскую трущобу страны третьего мира.

При этом, русские ученые – С.П. КапицаА.В. ПодлазовА.Д.ПановА.В. Молчанов и др. — убедительно показали, что население планеты само стабилизируется на 11 миллиардах. Но принадлежащие к взращенной на ростовщичестве узкой этнико-религиозной группе, имеют реальное влияние и занимают влиятельные посты, где они действительно могут многое сделать для осуществления своих планов. Приведем цитаты из открытых источников, собранные ресурсом «Тhe Аmerican Dream», которые недвусмысленно подчеркивают, о чем говорится «за закрытыми дверями глобальных политических клубов».

1) Резюме политики Подразделения ООН по вопросам народонаселения, март 2009 г: «Что бы предпринять, чтобы ускорить сокращение рождаемости в наименее развитых странах?» (сопоставьте с вышеупомянутыми рекомендациями по легализации наркотиков, гомосексуализма и проституции, при одновременном отказе от обследования и принудительного лечения).

2) Билл Гейтс, основатель «Майкрософт»: «В мире сегодня 6,8 миллиарда человек. Численность населения стремительно приближается к 9 миллиардам. Если мы сейчас действительно хорошо поработаем над новыми вакцинами, медико-санитарной помощью, помощью в области репродуктивного здоровья, возможно, мы сможем понизить его процентов на 10 – 15».

3) Джон Пи. Холдрен (John P. Holdren) советник по науке президента США Барака Обамы: «Было бы легче осуществить программу по стерилизации женщин после рождения ими второго или третьего ребёнка, несмотря на относительно большую сложность операции по сравнению с вазэктомией, чем пытаться стерилизовать мужчин. Разработка капсулы продолжительной стерилизации, которую можно было бы вшить под кожу и удалить, когда беременность желательна, открывает дополнительные возможности для принудительного регулирования рождаемости. Капсулу вшивали бы в период половой зрелости и изымали бы по официальному разрешению для ограниченного числа рождений детей».

4) Пол Эрлих (Paul Ehrlich), советник по науке экс-президента США Джорджа У. Буша: «Каждый человек, который сейчас появляется на свет, вносит диспропорцию в окружающую среду и системы жизнеобеспечения планеты».
5) Судья Верховного суда США Рут Бейдер Гинзбург (Ruth Bader Ginsburg): «Откровенно, я думала, что, когда принималось решение по делу Рау (Roe), была озабоченность ростом численности населения, и, в частности, ростом в той его части, в которой мы хотим меньше всего».

6) Доклад Фонда населения ООН «Перед лицом меняющегося мира: женщины, население и климат» (”Facing a Changing World: Women, Population and Climate”): «Ни один человек не является по-настоящему «нейтральным к углероду», особенно, когда все парниковые газы приведены в равновесие».

7) Дэвид Рокфеллер: «Негативное влияние роста численности населения на все наши планетарные экосистемы становится ужасающе очевидным».

8) Жак Кусто (Jacques Cousteau): «Для того, чтобы стабилизировать численность мирового населения, мы должны ежедневно уничтожать 350 тысяч человек».

9) Основатель информационного агентства «Си-Эн-Эн» Тед Тёрнер (он же член т.н. «Good club», куда, помимо него, входят Билл Гейтс, Уоррен Баффет, Дэвид Рокфеллер, Джордж СоросМайкл Блумберг и Опра Уинфри): «Всё население 250 – 300 млн. человек, сократить 95 % от нынешнего уровня – было бы идеально».

10) Дэйв Форман (Dave Foreman), соучредитель организации «Земля прежде всего!»: «Мои три главные цели были бы: сократить человеческую популяцию до 100 миллионов во всём мире, разрушить промышленную инфраструктуру и увидеть пустыню с её полным набором видов, возвращающихся по всему миру».

11) Принц Филипп, герцог Эдинбургский: «Если бы я перевоплотился, то хотел бы вернуться на землю вирусом-убийцей, чтобы уменьшить человеческие популяции».

12) Дэвид Брауэр (David Brower), первый исполнительный директор природоохранной общественной организации «Клуб «Сьерра»» (Sierra Club): «Деторождение [должно быть] наказуемым преступлением против общества, если родители не имеют лицензии правительства… Всех потенциальных родителей [обязали бы] использовать контрацептивные химические препараты, правительство выдаёт противоядия гражданам, выбранным для рождения ребёнка».

13) Основатель Американской федерации планирования семьи Маргарет Сэнджер (Margaret Sanger), спонсируемая кланом Рокфеллеров: «Высшее проявление милосердия, которое семья может оказать одному из своих малолетних детей – это убить его».

14) Основатель Американской федерации планирования семьи Маргарет Сэнджер (Margaret Sanger). «Женщина, мораль и регулирование рождаемости» (Woman, Morality, and Birth Control). Нью-Йорк. Изд. «Нью-Йорк», 1922 г. Страница 12): «Регулирование рождаемости должно привести в итоге к более чистой расе».
15) Философ из Принстонского университета Питер Сингер (Peter Singer): «Так почему бы нам не стать последним поколением на планете? Если бы мы все согласились на свою стерилизацию, тогда не потребовалось бы никаких жертвоприношений – мы могли бы праздновать наш путь в исчезновение!».

16) Томас Фергюсонбывший чиновник госдепартамента США по делам населения: «Есть только одна тема всей нашей работы – мы должны сократить численность населения. Либо правительства сделают это по-нашему, посредством хороших, чистых методов, либо они получат неприятности на подобие тех, что мы имеем в Сальвадоре, или в Иране, или в Бейруте. Население – политическая проблема. Раз население вышло из-под контроля, оно требует авторитарного правительства, даже фашизма, чтобы сократить его…».

17) Др. Сэм Кин на круглом столе Михаила Горбачёва, Сан Франциско, 1996: «Мы должны говорить более открыто о половой жизни, контрацепции, об абортах, о важности регулирования рождаемости, потому что экологический кризис – это, короче говоря, демографический кризис. Сократите население на 90 % – и просто будет недостаточно людей, чтобы вызвать экологическую катастрофу».

18) Джон Гвиллебод (John Guillebaud), профессор в области планирования семьи в университетском колледже Лондона: «В планетарном масштабе эффект от того, что в семьях будет на одного ребёнка меньше, гораздо больший, чем от всех прочих мер, например, от выключения света. Ещё один ребёнок – эквивалент большого количества перелётов по планете».

19) Преподаватель биологии в Техасском университете в Остине Эрик Ар. Пианка (Eric R. Pianka): «Эта планета могла бы содержать полмиллиарда людей, которые жили бы в относительном комфорте, не нанося вреда природе. Народонаселение должно быть сильно уменьшено и как можно быстрее, чтобы уменьшить ущерб окружающей среде».

20) Глава Государственного департамента США Хиллари Клинтон: «В этом году США возобновили финансирование репродуктивного здравоохранения через Фонд Населения ООН, и ожидается ещё больше капиталовложений. Недавно Конгресс США выделил более 648 млн. долл. иностранной помощи программам планирования семьи и репродуктивного здоровья во всём мире. Должна добавить, что это крупнейшее выделение денежных средств более чем за десять лет – с тех пор, как мы имели президента-демократа».

21) Нина Фёдорофф, советник Хиллари Клинтон: «Нам нужно продолжать понижать темп роста численности населения мира; планета не сможет содержать больше людей».

22) Вспомним, что говорил Г.Х. Попов, «прораб перестройки»: «…изъять из национальной компетенции и передать под международный контроль ядерное оружие, … энергетику и всю ракетно-космическую технику… запасы углеводородного сырья… должны быть установлены жесткие предельные нормативы рождаемости с учетом… накопленного каждой страной богатства… нельзя, чтобы быстрее всех плодились нищие… перспективным представляется генетический контроль еще на стадии зародыша и тем самым постоянная очистка генофонда человечества».

23) Характерно, что все эти высказывания совпадают с первой из «новых 10 заповедей» на Джорджийских скрижалях — 6 метровом 100-тонном гранитном монументе в округе Элберт, Джорджия, США. Памятник содержит длинную надпись на восьми современных языках, а на вершине памятника имеется более краткая надпись на 4 мертвых языках. В июне 1979 года неизвестное лицо, скрывшееся под издевательским псевдонимом Р.С. Крисчен (R. C. Christian), заказало сооружение монумента у компании «Elberton Granite Finishing Company». Первая из сток которого гласит: «Пусть земное население никогда не превышает 500.000.000, пребывая в постоянном равновесии с природой». Как они собираются это делать – не сообщается.

«Лимит» в 500 миллионов человек, «достойных остаться жить», связывают с мифологией, согласно которой, должно остаться 144 тысячи представителей «духовного израиля» (дословно воспринимаемой рядом сект, говорящих об «особых» 12 коленах по 12 тыс. человек), и «концепцией мошиаха», где каждому из иудеев обещают по 2800 рабов- гоев.

Сайт «Царь Мошиах»: «Учили мудрецы: В час, когда раскроется Мошиах, он, стоя на крыше Святого Храма, скажет всем евреям: „Смиренные! Пришло время Освобождения вашего!.. И если вы не верите, смотрите на Мой свет, взошедший над вами“. В тот час показывает Всевышний свет Мошиаха и все евреи идут к нему. И все народы мира падают ниц перед Мошиахом и восклицают: „Мы будем вам рабами“. И у каждого еврея будет 2800 рабов…». Число 2800 считается таким способом: (70 народов, согласно Торы) х (10 человек из каждого народа) х (схватятся за полу иудея (4 края одежды, к ним привязываются цицит — кисти), получается 2800 рабов каждому «избранному».

Мы понимаем, что эти планы с поразительным упорством воплощаются в жизнь. Помимо изуверской вакцинации, нужно ждать атак и «свежевыведенных» бактерий. И можно не сомневаться, они ни перед чем не остановятся – об этом говорит и история возникновения «биоматематики», и практика намеренного заражения «подопытных гватемальцев» венерическими заболеваниями, ювенальные технологии и многое другое.

В этой связи необходимо обратить внимание и на фильм Мари-Моник Робин, где приведено иединственное публичное интервью Роберта Шапиро, директора пресловутой компании Монсанто, уличенной в маниакальном распространении опасных для здоровья человека химических веществ и «модифицированных» организмов.

Почему Монсанто имеет влияние на самые высшие круги власти? Делают ли они это только ради наживы или же являются частью глобальной программы по сокращению населения на 6,5 миллиардов человек, к чему призывают «Джоджийские скрижали»?

 

(Поделился  aljansas)

Триумф закончившийся поражением

Момент величайшего триумфа западного мира — победа в «холодной войне» — в то же время включил обратный отсчет существования нынешней капиталистической системы.

Коммунистическая система была не только, да и не столько антиподом капиталистической, сколько ее противовесом, считает, например, Андрей Фурсов в АПН: «Устраните все преграды на пути капитализма, дайте ему полностью реализовать себя в мировом масштабе, позвольте ему стать глобальным — и вы уничтожите его».

Как это понимать? На самом деле, все до примитивности просто. Куда проще, чем «Конец истории», но Фрэнсис Фукуяма просто успел первым высказать то, что буквально просилось на язык, потому что казалось предельно очевидным: распространение в мире либеральной демократии западного образца свидетельствует о конечной точке социокультурной эволюции человечества. Драматургия окончена – финал дописан, занавес! А дальше, кроме «жили они долго и счастливо», как в сказке, ничего уже и не скажешь.

Но оказалось все ровно наоборот. Если человеку отрезать захромавшую ногу, станет ли он от этого резвее, улучшит ли свои спортивные показатели? Вопрос, как вы понимаете, риторический. В конце концов, даже Фукуяма, долго защищавший свою доктрину от натиска критиков, прекратил сопротивление и пересмотрел свои взгляды. А история продолжается.

«Итак, начало 90-х. Планетарная карта остается без такого обозначения, как СССР. Радость и воодушевление царит в мировых столицах победившей демократии, — пишет Алексей Володин на сайте «Военного обозрения». — Однако за всем этим шумом не были уловлены зачатки весьма странного процесса. Процесс этот выражается в том, что однополярный мир с каждым днем своего существования стал отдаляться от глобальной социальной конкуренции».

Конкуренция всегда считалась главным козырем капиталистической системы. Ее значение признавалось и в СССР, но попытки заменить ее суррогатом социалистического соревнования нивелировались глубоко ущербной политикой уравниловки. В результате вместо среднего класса хорошо обеспеченных высококвалифицированных рабочих, передовиков производства, новаторов и рационализаторов мы получили питательную почву для будущих капиталистов из расхитителей социалистической собственности, цеховиков и фарцовщиков, вроде Березовского. И еще удивляемся, почему у нас такие отвратительные предприниматели. Что выросло, то выросло. Потому и конкуренция в этой среде была сродни животному миру — они буквально грызли друг другу глотки.

Впрочем, это лишь небольшое «лирическое» отступление. Главного значения конкуренции не понимали ни у нас, ни на Западе. Речь о конкуренции мировых систем. Само существование СССР «подстегивало Запад к тому, что нужно было буквально рыть землю, чтобы иметь возможность в социальной и гуманитарной среде конкурировать с этим государством». И вдруг оно исчезло.

Запад праздновал триумф, убежденный в исторической правоте своего образа жизни, и незаметно, но довольно быстро терял форму. Никому ничего доказывать было больше не нужно, не нужно было блюсти моральную чистоту и скрывать двойные стандарты, не было особой нужды сохранять социальные завоевания… И капитализм понемногу обнажал свои хищные зубы. Западу только казалось, что он учит Россию, на самом деле он сам все больше равнялся на наш дикий капитализм с его коррупционными нравами.

Мы видим сегодня, что капитализм в своей страсти к наживе все больше подменяет реальное производство спекуляциями на бирже, а чтобы поддерживать финансовые пузыри, а заодно и устоявшийся социальный мир, идет уже фактически бесконтрольная эмиссия главной мировой валюты. В Интернете нашел забавный подсчет натуральной цены доллара. «Если считать теплоемкость топлива, то стоимость тонны нефти — 61,9 млн. долларов США» (vgil.ru). Такова настоящая обеспеченность доллара.

И пусть вас не обманывает падение мировых цен на золото. Это результат очень тонкой финансовой игры. На самом деле самые прозорливые мировые магнаты запасаются золотом (и серебром, кстати, тоже — вот на него цены бесхитростно растут). Но под этой ширмой спешат пополнить свой золотой запас Россия и Китай. Именно драгметаллы станут основой будущей финансовой системы мира, то есть все вернется на круги своя, что бы ни городили модные финансовые аналитики. Даже знаменитый толстосум Уоррен Баффет, нежно преданный зелененьким «портретам американских президентов», с горечью предсказал доллару «долгое падение, которое завершится банкротством будущих поколений американцев».

«Запад праздновал триумф, убежденный в исторической правоте своего образа жизни, и незаметно, но довольно быстро терял форму»

Мир движется прямиком к концу истории — истории финансовой системы во главе с долларом на доверии. Что будет дальше? Погадать, конечно, можно — и это даже интересно, если есть время на праздный интерес. Погадать можно — угадать нельзя. Точнее, кто-то может и угадать, но не станет от этого пророком, как не записываем мы в ясновидящие тех, кто срывает джек-пот в лотерее. Однако кое-что на перспективу намечается.

Однополярный мир не выдержал испытания и нехотя отступает. Но и многополярный мир может быть только временной конструкцией. Естественное состояние системы — это два полюса. И они проявятся очень скоро, если мы удержим мир от хаоса, на который так уповали те, кто желал сохранить единоличное господство Америки. На самом деле эта бредовая идея уже показала свою нежизнеспособность, что, по некоторым признакам, ясно уже и ее покровителям из Бильдербергского клуба. Невозможно открыть ящик Пандоры и остаться хозяином положения. Это прекрасно показывают неуправляемые отряды «Аль-Каиды», которые после свержения Каддафи расползаются по всей Африке.

Капитализм хоть и продолжил свое загнивание, в гроб еще долго не ляжет только оттого, что сменится финансовая система. Но на первый план выходит противостояние иного рода.

В начале 2013 года почти одновременно российские и французские парламенты приняли противоположные, по сути, решения по сообществу лесбиянок, геев, бисексуалов и трансгендеров (ЛГБТ), что вызвало бурную общеевропейскую дискуссию, замечает политолог Сергей Марков. По его мнению, «эти решения иллюстрируют тот разрыв в ценностях, который существует между Россией и ЕС».

— В этом вопросе проявились две дилеммы, которые и Россия, и ЕС вынуждены решать и которые они решают по-разному. Это отношения меньшинства и большинства и отношения традиционных и постмодернистских ценностей.

Россия фиксирует свою политическую систему не как либеральную демократию, которая делает акцент на права меньшинства, а как на мажоритарную демократию, где главное — права большинства. Эта фиксация на большинстве — не личная прихоть Владимира Путина, а реакция общества. Общество помнит социальную катастрофу 90-х годов и считает, что именно не ограниченные ничем меньшинства с их эгоистическим поведением стали одной из причин той катастрофы.

Одним словом, пока мы искали национальную идею, она, как и следовало ожидать, нашлась сама. Мы вольно или невольно противопоставили безумной либерализации западного общества здоровый консерватизм традиционных ценностей. И это база для нового витка глобальной конкуренции. Пока Запад рассчитывает нас дожать, он еще не осознал, какая угроза нависла над его идеологическим доминированием. Но еще меньше Запад способен оценить, что возрождение глобальной конкуренции — это спасение и для него самого.

По свежему опросу ФОМ, только 3% наших граждан полагают, что главное в Америке — это демократия, и лишь 1% ассоциируют Штаты с «порядком» и «соблюдением законов». А ведь это как бы цитадель западной демократии, эталон для наших борцов «за честные выборы».

Можно еще поразмыслить хорошенько над словами Леонида Ивашова, который считает, что «код россиян — совесть, код Запада — выгода». Но это пока домашнее задание на завтра.

А вот как быть с этим? «Нынешняя власть, кажется, все менее озабочена тем, что ее действия воспринимаются более или менее воспитанной частью общества как вызывающе некрасивые», — укоряет на сайте Forbes руководитель Центра исследований идеологических процессов Института философии РАН Александр Рубцов. Он хоть и пытается встать над процессом, но лексика выдает его симпатии-антипатии с головой.

Вы заметили, как мучительно ищут оппозиционные мыслители самоопределение. «Образованные горожане», «рукопожатные», даже «дельфины»! Теперь вот «воспитанная часть общества». Вот только кем воспитанная? Есть ведь уже для вас идеальное определение – западники. Так и нечего выворачиваться наизнанку, чтобы показать, насколько вы благороднее — скажите прямо — черни. Высокомерие — это еще не признак хорошего воспитания.

«Такая линия поведения (власти) представляется результатом сознательного выбора. Принцип выглядит примерно так: про то, как будут реагировать на наши действия столичные эстеты и чистоплюи, наплевать и забыть; важна лишь реакция массовки», — резюмирует исследователь идеологических процессов.

Наверное, былым «властителям дум» обидно, что власть не пляшет под их дудку, а народ платит ответным презрением, но это их выбор. Ценностный. Цивилизационный. И в предстоящем витке глобальной конкуренции они будут не на стороне России…

 

Андрей Давыдов

На повестке дня — реабилитация фашизма. Мировые тенденции

Ольга Четверикова

О том, что Третий рейх был проектом англо-американских и сионистских финансовых кругов, написано уже много работ, авторы которых подробно описали механизмы обеспечения прихода нацистов к власти[1]. Так что в научном плане это положениеопровергнуть невозможно, его можно только игнорировать или замалчивать, как это делают нынешние интеллектуальные элиты Запада, прекрасно понимая, чем грозит официальное признание ответственности высших мировых финансовых кругов за бойню второй мировой и за «продвинутые» эксперименты их подопечных.

Однако о стратегических целях корпоративных элит, способствовавших утверждению нацистского режима, пишут гораздо меньше, хотя именно их рассмотрение и представляет наибольший интерес, поскольку даёт возможность убедиться в неизменности политики мировой закулисы на различных этапах её существования. Здесь мы хотели бы выделить только четыре сферы интересов, в рамках которых она решала свои ключевые задачи.

1. УНИЧТОЖЕНИЕ СТАЛИНСКОГО РЕЖИМА, ПРЕДСТАВЛЯВШЕГО РЕАЛЬНУЮ И ЕДИНСТВЕННУЮ АЛЬТЕРНАТИВУ ВЛАСТИ МИРОВОЙ ФИНАНСОВОЙ ОЛИГАРХИИ

Западу не надо было натравливать Гитлера на Советскую Россию, его агрессивные планы в отношении СССР, изложенные в книге «Моя борьба» (1925), были хорошо известны (особенно с тем с учётом, что свой опус Гитлер писал под влиянием агентуры политической разведки британского «Круглого стола», контролирующей «клубы мистиков» – прим.ред). В ней чётко указывалось, что если Франция является главным противником Германии (соперник в борьбе за контроль над Европой), а Великобритания и Италия – её главными союзниками, то Россия – лишь территорией для захвата и превращения в колонию. Гитлер писал: «Мы, национал-социалисты, совершенно сознательно ставим крест на всей немецкой иностранной политике довоенного времени. Мы хотим вернуться к тому пункту, на котором прервалось наше старое развитие 600 лет назад. Мы хотим приостановить наше вечное германское стремление на юг и на запад Европы и определённо указываем пальцем в сторону территорий, расположенных на востоке. Мы окончательно рвём с колониальной и торговой политикой довоенного времени и сознательно переходим к политике завоевания новых земель в Европе. Когда мы говорим о завоевании новых земель в Европе, мы, конечно, можем иметь в виду в первую очередь только Россию и те окраинные государства, которые ей подчинены» .

В сентябре 1941 г. Гитлер конкретизировал свои планы: «Граница между Европой и Азией проходит не по Уралу, а на том месте, где оканчиваются поселения настоящих германцев… Наша задача состоит в том, чтобы передвинуть эту границу возможно далее на восток, если нужно – за Урал… Ядовитое гнездо — Петербург, из которого так долго азиатский яд источался в Балтийское море, должен исчезнуть с лица земли… Азиаты и большевики будут изгнаны из Европы, эпизод 250-летней азиатчины закончен… Восток будет для Западной Европы рынком сбыта и источником сырья».

Как известно, основные направления «восточной политики» нацистов были детально изложены в «Генеральном плане “Ост”», считавшемся долгое время утерянным. Текст этого документа был найден только в конце 1980-х гг., а полностью опубликован он был Федеральным архивом Германии в 2009 г.[2]. План был разработан в 1941 г. Главным управлением имперской безопасности и предусматривал массовые этнические чистки населения Восточной Европы и западных земель СССР и «освобождение жизненного пространства» для немцев. Предшествовал ему проект, разработанный Рейхсминистерством оккупированных территорий, возглавлявшимся А.Розенбергом.

В свою очередь, планы по национально-этническому преобразованию Восточной Европы и России базировались на работе большого числа учёных экспертов, которая финансировалась Научно-исследовательским Сообществом (DFG) – центральной организацией по содействию научным исследованиям в Германии, объединившей большинство немецких университетов, внеуниверситетские исследовательские объединения, научные союзы и академии наук. DFG было основано в 1920 г. как «Общество взаимопомощи немецкой науки», и изначально его возглавляли национально-консервативно настроенные профессора, закладывавшие основы для будущей экспансионистской и расовой политики. При национал-социализме общество мобилизовало свои ресурсы для режима с такой же готовностью, с какой вообще подавляющее большинство учёных поставило себя на службу национал-социалистскому государству. В 1949 г. с образованием ФРГ общество органично вписалось и в плюралистическую демократию, а с конца 1990-х гг. президиум DFG поддержал целый ряд инициатив, направленных на всеобъемлющее «переосмысление в толерантном духе» собственной истории[3].

 

Между тем, американская разведка была знакома с идейными взглядами А.Гитлера ещё до выхода в свет книги «Моя борьба». В 1922 г. в Мюнхене состоялась встреча А.Гитлера с военным атташе США в Германии капитаном Трумэном Смитом, составившим о ней подробное донесение вашингтонскому начальству (в Управление военной разведки), в котором он высоко отзывался о лидере нацистов. Именно через Смита в круг знакомых Гитлера был введён Эрнст Франц Зедгвик Ганфштенгль (Путци), выпускник Гарвардского университета, сыгравший важную роль в формировании А.Гитлера как политика, оказавший ему значительную финансовую поддержку и обеспечивший ему знакомство и связи с высокопоставленными британскими деятелями. В 1937 г. Ганфштенгль покинул Германию и прибыл в Америку, где в годы войны работал в уже качестве советника Ф.Д.Рузвельта[4].

Так что о сущности НСДАП соответствующие западные круги были хорошо осведомлены, но до определённого момента её держали в «замороженном» состоянии. «Разморожена» она была только в самом конце 20-х гг., когда потерпел провал троцкистский план, нацеленный на устранение Сталина. Эту ситуацию хорошо описал верный последователь Л.Троцкого Х.Раковский в своих показаниях следователю, изложенных в книге доктора И.Ландовского «Красная симфония», раскрывающей механику управления миром.

Доказывая, что Сталин помешал осуществлению планов построения интернационального коммунизма, во главе которого финансовая верхушка (о которой Раковский говорит «Они») планировала поставить Л.Троцкого, он объясняет: «Для нас Сталин не коммунист, а бонапартист…Мы не желаем, чтобы созданные нами в Версале крупные предпосылки для торжества коммунистической революции в мире, каковые, как вы видите, стали гигантской реальностью, послужили бы тому, чтобы дать восторжествовать сталинскому бонапартизму… Однако, в результате того, что Сталин очутился диктатором СССР и главой Коммунистического Интернационала, то «Они» потеряли контроль над Коммунистическим Интернационалом. «Они», конечно, подправили положение планами Дауэса и планом Янга в надежде, что тем временем троцкистская оппозиция придёт к власти в СССР, но… этого тоже не произошло.

Однако, «Они», как источник революции, продолжают действовать. Конечно, экономика Германии, доведённая до ручки, естественно бы, вызвала коммунистическую революцию в Германии. Но «Они» немного подправляют эту ярость пролетариата: вместо коммунистической революции побеждает национал-социалистическая революция Гитлера. Это было проделано диалектически. Но это ещё не всё. Необходимо было, чтобы и в Германии троцкисты и социалисты разделили бы массы проснувшегося пролетариата в соответствии с инструкциями. Вот мы этим делом и занимались. Но требовалось большее: в 1929 году, национал-социалистическая партия Германии испытывала трудности роста – не было денег. Тогда «Они» послали к ним своего человека. Я знаю его имя. Это был один из банкиров Варбургов. На прямых переговорах с Гитлером они обговорили порядок финансирования НСРПГ, и пару лет Гитлер получал свои миллионы долларов с Уолл-Стрита. Также он получил миллионы долларов и от немецких финансистов, через Шахта. Эти деньги пошли на формирование СС и СА, а также на финансирование избирательной кампании, таким образом, что Гитлер был избран на деньги, который были предоставлены «Ими»… Сила Гитлера растёт, и он уже расширяет границы Третьего Рейха; и в дальнейшем сила Гитлера будет расти ещё больше, вплоть до того, чтобы иметь силу напасть на СССР и свергнуть Сталина»[5].

Сегодня, с возрастанием интереса к сталинской эпохе и понимания её истинного исторического значения принципиально важным для западных элит становится демонизация образа Сталина, которая возможна только на фоне возвышения нацизма.

2. ДРУГАЯ СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ЦЕЛЬ СОСТОЯЛА В ИСПОЛЬЗОВАНИИ ТРЕТЬЕГО РЕЙХА В КАЧЕСТВЕ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОГО ПОЛЯ ДЛЯ ОБКАТКИ «НОВЕЙШИХ» МЕТОДОВ УПРАВЛЕНИЯ ОБЩЕСТВОМ

Речь шла о тотальном контроле за человеческим разумом и человеческим поведением, улучшении «человеческой породы», сокращении численности ненужного населения и прочих эффективных социальных инструментах, позволяющим обеспечить стабильность власти элит. Поскольку нацистская верхушка представляла собой оккультную структуру, всё общество выстраивалось по модели оккультной секты, внутри которой осуществлялась перестройка или изменение сознания «адептов».

Характерно, что первые работы по поведенческой психиатрии были организованы в Германии и Великобритании ещё в конце ХIХ в. В Германии этим занимались институты Общества кайзера Вильгельма, а в Великобритании они сконцентрировались в созданной в 1921 г. Тавистокской клинике (на базе её в 1946 г. будет создан хорошо известный Тавистокский институт человеческих отношений)[6], которая рассматривалась как центр психологической войны и координировалась Интеллидженс Сервис и Королевской семьёй[7]. В межвоенный период между Англией и Германией в этой области начинает развиваться активный обмен научными идеями [8]. Показательно, что в 1932 г. директором Тавистокской клиники стал немецкий психолог, выходец из еврейской семьи Курт Цадек Левин, затем эмигрировавший в США, где он возглавил Центр групповой динамики в Массачусетском Технологическом Институте.

После прихода нацистов к власти английские и немецкие учёные продолжали тесное сотрудничество в сфере изучения нейропсихологии, парапсихологии и евгеники, занимавшейся «улучшением» человеческого рода. Однако наиболее активны здесь были американцы. Исследования в области евгеники стали крайне популярными в США также ещё в 20-е гг., и финансировались они представителями ведущих финансовых кланов США – Рокфеллерами, Гарриманами, Морганом и др. Будучи членами Общества евгеники, они спонсировали эксперименты по принудительной стерилизации «низших людей» и применению различных форм популяционного контроля. Их коллегами в английском обществе были Уинстон Черчилль (тогда министр финансов), экономист Джон Кейнс, Лорд Бальфур и биолог Джулиан Хаксли (после войны он станет первым главой ЮНЕСКО, а его брат писатель Олдос Хаксли опишет все «прелести» улучшения человеческой природы в известном романе-антиутопии «О дивный новый мир», вышедшем в 1932 г.)[9].

Наибольший интерес к этим исследованиям проявлял Рокфеллер, чей фонд, созданный в 1913 г. г. в целях «содействия благополучию» человечества, сконцентрировался на изучении методов контроля за рождаемостью. Он финансировал Американское общество евгеники, Федерацию планирования семьи и Американскую лигу контроля за рождаемостью. В 1936 г. Фонд создал и обеспечил первое Управление изучения проблем народонаселения в Университете Принстона для исследования политических аспектов изменения численности населения, рост которого Рокфеллер рассматривал как растущую потенциальную угрозу (развитие этой идеи в западной элитаристской среде см. здесь – прим. ред.).

В течение 20-х и 30-х гг. именно Фонд Рокфеллера внёс решающий вклад в финансирование развития немецкой евгеники, осуществлявшегося Институтом евгеники в Берлине во главе с О.Ф. фон Фершуером (с 1935 г. будет возглавлять центр евгеники во Франкфурте) и уже упомянутым Институтом кайзера Вильгельма, ведущим психиатром которого был Э.Рюдин. Позже он сделал звёздную карьеру в качестве «архитектора» гитлеровской системной программы медицинской евгеники и стал главным автором нацистского закона о стерилизации 1933 г. Этот закон, сделанный, как считается, «по американскому образцу», положил начало масштабной программе расовой гигиены. С началом второй мировой войны Рокфеллер не прекратил финансирования нацистской евгеники, которая достигла больших успехов, так что уже в 1940 г. управляющий делами Американского общества евгеники Леон Уитни позволил себе заявить: «Пока мы ходили вокруг да около…, немцы называли вещи своими именами»[10]. Наиболее интенсивные эксперименты по генетической инженерии, модификации поведения и «промывке мозгов» проводились в лагерях Освенцима («ангелом смерти» доктором Йозефом Менгеле[11]) и Дахау.

После войны руководство США в рамках операции «Скрепка», используя связи с Ватиканом, тайно ввезло в страну ведущих учёных и шпионов из нацистской Германии и фашистской Италии. В итоге, О. фон Фершуер в 1949 г. был избран членом-корреспондентом вновь созданного Американского общества генетики человека, которое скрыло скомпрометированную евгенику под новой этикеткой «генетика». А первым президентом этого общества стал сотрудник Рокфеллеровского Университета Г.Д.Меллер, который в 1932 г. работал в Институте кайзера Вильгельма по программе исследования мозга.

Одним из крупнейших приобретений американцев стал немецкий генерал Рейнхард Гелен, шеф отдела разведки Гитлера против СССР. Именно в результате «мозговых штурмов», проведённых им совместно с президентом Трумэном, главой Стратегических служб (УСС) В.Донованом и Алленом Даллесом была реорганизована разведывательная служба США, в целях превращения её в высоко эффективную тайную спецподрывную организацию. Кульминацией этих усилий стало создание в 1947 г. Совета национальной безопасности и Центрального разведывательного управления. Как писал исследователь Рон Паттон, «это была юридическая верхушка айсберга, прикрывавшая немереный поток внезаконных действий правительства, в том числе и подпольных программ по контролю разума»[12].

Немецкие учёные Третьего рейха активно использовались в программах по «промывке мозгов», реализуемых ЦРУ, например, в проекте МКULTRA, занимавшемся управлением человеческим поведением с использованием радиации, психиатрии, различных процедур и веществ (LSD). Вершиной этих экспериментов стал проект «Монарх», предназначенный для создания «спящих» убийц или «кандидатов-манкуртов», которые запускались в действие при получении ключевого слова или фразы в пост-гипнотическом трансе (одним из таких кандидатов была, в частности, Мэрлин Монро). В ходе этих операций выполнялись различные оккультные ритуалы, основывающиеся на каббалистической мистике.

При этом наиболее полезным нацистский опыт по «улучшению» человеческой природы оказался в Израиле. Концепция социальной инженерии признавалась уже в Палестине времён британского мандата, но когда сюда прибыли психиатры, изучавшие основы евгеники в нацистской Германии, эта «наука» получила вторую жизнь[13]. Массовые эксперименты в Израиле проводились над репатриантами.

Столкнувшись с евреями различных антропологических типов, местные психиатры, до этого считавшие евреев отдельной расой, начали проводить различия между европейскими евреями, с одной стороны, и ближневосточными и североафриканскими (сефардами и мизрахи) – с другой. Последние некоторыми психиатрами относились к «примитивным» расам, чьё «сознание со скудным содержимым», как указывалось, «не предъявляет особых запросов к жизни и рабски подчиняется внешней обстановке». Такой подход соответствовал сионистской политике селективной иммиграции, исходившей из необходимости не только сохранения «неиспорченной породы» и «здоровой нации», но и выведения нового типа еврея — голубоглазого блондина, «яростного и беспощадного сверхчеловека, способного железным жезлом пасти народы» [14].

От политики селективной репатриации Израиль отказался официально только в 1950 г., когда был принят Закон о возвращении, но рудименты евгенического подхода в израильской системе здравоохранения остались до сих пор. Как пишет современный историк Р.Залашик в своей книге «Ad Nefesh: беженцы, репатрианты, новички и израильский психиатрический истеблишмент», «Израиль является сверхдержавой по анализам для беременных и абортов. Аборты делаются по самым незначительным показаниям, включая подвластные коррекции эстетические недостатки типа волчьей пасти»[15].

Т.о. экспериментальные программы, разработанные в годы нацизма, оказались крайне востребованы в послевоенных условиях «холодной войны», но особенно «актуальны» стали в период открытого перехода в начале ХХI в. к формированию «нового мирового порядка»[16].

3. ГОСУДАРСТВО ИЗРАИЛЬ И РЕЛИГИЯ ХОЛОКОСТА

Ещё одна стратегическая задача в ходе строительства Третьего рейха заключалась в реализации сионисткой программы создания государства Израиль. Причём здесь чётко просматривается двойная тактика: вначале сионистско-нацистский сговор в целях выделения евреев в отдельную расу и «решения еврейского вопроса» – переселения их «на родину», затем формирование идеологии холокоста, призванной в глазах мировой общественности поставить евреев в исключительное положение и способствовать утверждению их в качестве «избранной расы» или касты неприкасаемых.

Когда нацисты пришли к власти, Всемирный еврейский конгресс, базировавшийся в США, объявил Германии экономическую войну и заявил о своём намерении сделать всё возможное для их свержения. Однако на практике сионистские организации активно сотрудничали с новыми властями, видя в них своих союзников: и те, и другие боролись против ассимиляции еврейства и стремились замкнуть его на внутриобщинную жизнь. Показателен в этом отношении меморандум лидеров сионистских организаций от 22 июня 1933 г., отправленный непосредственно Гитлеру, в котором они признавались в симпатиях к новому режиму и утверждали, что сионизм в своих исходных положениях весьма близок («звучит в унисон») национал-социализму.

Как написал в своей книге 1934 г. «Мы евреи» немецкий сионист Иоахим Принц, (эмигрировавший в США и ставший впоследствии главой Еврейского Конгресса Америки), смыслом национал-социалистической революции в Германии было «еврейство для евреев»[1]. Хотя позднее Принц с сарказмом отзывался о расистских теориях Гитлера, он страстно защищал само понятие «еврейской расы»: «Мы хотим заменить ассимиляцию новым законом: законом принадлежности к еврейской нации, к еврейской расе. Любой еврей, признающий себя таковым, отнесётся к подобному утверждению, основанному на принципе чистоты крови, с уважением и почтением… Сейчас нам не помогут никакие отговорки. Вместо ассимиляции нам необходимо другое понятие: признание еврейской нации, еврейской расы…»[2]. В том же духе высказывался в 1935 г. и бывший глава крупнейшей в Западной Европе берлинской еврейской общины (крупнейшей в Западной Европе), лидер Сионистской государственной организации и Еврейской лиги культуры Георг Карески: «В течение многих лет я считал полное разделение культур двух народов (евреев и немцев) необходимой предпосылкой их мирного сосуществования… Я выступал за такое разделение, считая, что оно продиктовано взаимным уважением. Нюрнбергские законы не только подводят под существующее положение вещей юридическую базу, они полностью отвечают нашему стремлению жить отдельно, уважая друг друга… Эти законы приостановят процесс дезинтеграции, имеющий место во многих еврейских общинах в основном за счёт смешанных браков, поэтому с еврейской точки зрения их можно только приветствовать»[3].

Вплоть до самого начала второй мировой войны главной целью германского правительства в отношении евреев была их эмиграция, так что они оказывали в этом самую широкую поддержку сионистским организациям[4]. Совместными усилиями нацистов и сионистов по всей стране была создана сеть из 40 лагерей и сельскохозяйственных центров, в которых обучались те, кто намеревался переселиться в Палестину[5]. В соответствии с так называемым соглашением «Хавара»[6], заключённым в августе 1933 г. между властями Третьего рейха и сионистскими организациями Германии и Палестины, еврейским эмигрантам разрешался прямой трансфер части их имущества, облегчался экспорт товаров из Германии на Ближний Восток. С 1933 по 1939 гг. по этому соглашению в Палестину было переведено около 100 миллионов рейхсмарок, что помогло 60 тыс. немецких евреев, переселившихся в эти году в Святую Землю, поддержать существование в самое трудное первое время эмиграции. Как указывают исследователи, «гитлеровский Третий рейх сделал для переселения евреев в Палестину больше, чем любое другое еврейское государство»[7].

 

Показательно, что сионистские организации и ишува демонстративно не участвовали в каких-либо формах протеста против немцев, чтобы не создать препятствия достигнутым соглашениям. В знак почитания этого союза по распоряжению Геббельса была отчеканена памятная медаль с изображением звезды Давида на одной стороне и свастики – на другой. Что же касается СС, то оно сотрудничало даже с подпольно действующими в Палестине сионистской военизированной организацией Хагана и агентством Моссад Ле Алия Бет, занимаясь контрабандой оружия и нелегальной переправой евреев (после введения ограничения на их иммиграцию в Великобритании)[8].

Наиболее же красноречивым свидетельством общности интересов сионистов и нацистов стало выдвинутое в 1941 г. официальное предложение самой экстремистской из сионистских групп «Лехи» («Борцов за свободу Израиля», одним из руководителей которой был Ицхак Шамир) о военном союзе с нацистами против Великобритании, которая тогда старалась защитить гражданские права палестинцев и пыталась ограничить иммиграцию евреев в Палестину. В подготовленном коммюнике ясно указывалось, что «у «европейского нового порядка», основанного на немецкой концепции, и у патриотических стремлений евреев-членов НВО (Национально-военной организации в Палестине) могут существовать «общие цели и интересы» и что «образование исторического еврейского государства на националистической и тоталитарной основе, которое было бы связано договором с немецким рейхом, было бы в интересах поддержания и усиления немецкой власти на Ближнем Востоке»[9].

Однако «сотрудничество» это имело свою оборотную сторону, выявившую истинные цели сионизма и подготовившую почву для создания идеологии холокоста, превращённой в оружие для достижения политических целей. Когда Германия оказалась в состоянии войны с Великобританией и сионистская верхушка оказалась перед выбором — поддерживать британцев, ограничивших иммиграцию евреев в Палестину, или немцев, — она сделала его, не задумываясь, встав на сторону англичан. Главным для сионистов было не спасение евреев, а создание государства Израиль. Как указывал Бен Гурион, возглавлявший тогда Еврейское агентство, являвшееся центральным органом управления ишува, базировавшимся в Лондоне, «если бы я знал, что можно спасти всех детей Германии и вывести их в Англию или – лишь половину и вывести их в Эрец Израэль, я выбрал бы второе, потому что мы должны принимать во внимание не только жизнь этих детей, но и судьбу народа Израиля»[10]. Хорошо известны также его слова: «Задача сиониста — не спасение «остатка» Израиля, который находится в Европе, а спасение земли Израильской для еврейского народа»[11]. Руководители Еврейского агентства согласились с тем, что ради нужд сионистского проекта в Палестине должно быть выбрано меньшинство, которое может быть спасено. В меморандуме агентства 1943 г. прямо говорилось, что надо спасать «прежде всего тех, кто может быть полезен для земли Израильской и для иудаизма»[12].

Мы уже указывали, как оценивала иудейская верхушка евреев «второго сорта» — «Ам-Гаарец», «плебеев» или «невежд в законе». К ним относили и ассимилированных евреев, которых можно было отдать на откуп и использовать в целях демонизации врагов иудаизма и укрепления его позиций. Показательны в этом плане слова сионистского лидера, президента ВСО Хаима Вейцмана, сказанные им в ответ на предложение выкупить евреев, находившихся в немецких концлагерях: «Все эти евреи не стоят одной палестинской коровы». В 1934 г. в беседе с А.Эйхманом на его вопрос «Можете ли вы, господин Вейцман, вообще принять так много евреев?» Х.Вейцман ответил: «Мы охотно примем здесь силы, способные сражаться за нас в Палестине, а остальных надо ликвидировать, как бесполезный мусор»[13].

Между тем, ещё в 1937 г. Вейцман сделал следующее заявление: «Я задаю вопрос: «Способны ли вы переселить шесть миллионов евреев в Палестину? Я отвечаю: «нет». Из трагической пропасти я хочу спасти два миллиона молодых…и лишь молодая ветвь будет жить» [14]. Для Вейцмана это было «обрезание сухих ветвей». Так что не случайно М.Шонфельд, автор исследования, в котором приводятся слова Вейцмана, называет его главным из преступников, виновных в геноциде. Удивительна, конечно, сама уверенность прогноза о глобальном уничтожении евреев. Но лидеры сионизма начали предсказывать его ещё раньше. Одним из первых это сделал Теодор Герцль уже в первых записях своих «Дневников», назвав цифру в 6 миллионов евреев, которым в Европе якобы угрожает опасность. Затем эту цифру называли накануне и во время первой мировой войны, чтобы изобразить немцев, могущих уничтожить столько евреев, как абсолютное зло. И только после второй мировой её закрепили в Европе в качестве общепризнанной и не подвергаемой никакому критическому анализу.

Общая политика сионистов в годы нацистского режима делает их, безусловно, ответственными за жестокости второй мировой, что признаётся многими ортодоксальными иудеями.

Как писал, в частности М.А.Фридман, главный раввин антисионистской еврейской общины Австрии, «действительно заинтересованы в геноциде евреев были скорее сионисты, которые стремились в результате получить политическую и финансовую поддержку, необходимую для создания еврейского государства Израиль. Число «шесть миллионов» было и остаётся сионистской выдумкой. Когда сегодня говорят об «оси зла», это надо связывать с гешефтом вокруг холокоста и поддержкой преступных целей сионистов»[15]. Недаром и известная исследовательница К.Аренд отметила, что «роль еврейских лидеров в уничтожении своего собственного народа – это для евреев, несомненно, самая мрачная глава во всей этой мрачной истории» .

Надо отметить, что вплоть до 70-х гг. официальной версии холокоста ничто не угрожало, однако с выходом в свет серьёзных научных исследований ситуация изменилась и холокост начали превращать и действительно превратили в своего рода религию, которую нельзя подвергать никакому научному анализу. Как писал польский исследователь Томаш Габись, у религии холокоста есть свои святые места, прежде всего Освенцим; свои священные книги, например Дневник Анны Франк; свои священники, например, Эли Визель; свои храмы, например музей Холокоста в Вашингтоне; свои реликвии, свои еретики, например Роже Гароди. Главный признак религии холокоста – это объяснение его мистерией, рационально необъяснимой, так что лучше и не понять её разумом. Как указывал один из её «верховных жрецов» Эли Визель, «Холокост – это священная мистерия, тайну которой знает только духовенство выживших»[16].

4. ОБЪЕДИНЕНИЕ ЕВРОПЫ

 

Наконец, ещё одна важнейшая миссия Третьего рейха заключалась в объединении Европы в единый финансово-экономический организм, в котором национальные сегменты бизнеса были бы поставлены под жёсткий контроль немецкого финансового капитала. На основе этой единой финансовой сети можно было строить уже политически объединённую Европу и формировать единую «европейскую нацию».

Но эта задача должна была быть решена уже не нацистами, а Панъевропейским союзом (ПС), созданным в начале 20-х гг. «духовным отцом единой Европы» Куденхове-Калерги и нежно опекаемым американско-сионистской верхушкой. Пока же деятельность этой организации временно «отключали» с тем, чтобы «перезапустить» её уже в принципиально новых условиях. После прихода нацистов к власти ПС в Германии был запрещён, а Гитлер лично назвал его «идеалом расовых ублюдков и инструментом захвата Европы евреями»[17]. После аншлюса Австрии в марте 1938 г. секретариат Панъевропейского союза в Вене был закрыт, архивы его арестованы (после войны они попали в Москву, где находятся до сих пор), книги Куденхове-Калерги сожжены, а сам он переехал в Швейцарию. В 1939 г. после расчленения Чехословакии Куденхове принял французское гражданство, которое не менял до самой смерти, и в 1940 г. переехал в США, где вплоть до 1946 г. работал в Нью-Йоркском университете в тесном взаимодействии со своими американскими покровителями в рамках семинара «Исследования в поддержку послевоенной европейской федерации», разрабатывая проект Учредительной ассамблеи Европы.

А нацистская Германия начинает создавать собственный «новый порядок» в Европе.

Ключевое значение для немецкой финансовой олигархии имело сохранение крепких связей с банкирами Британии и США, обеспечить которые призван был основанный ещё в 1930 г. Банк Международных расчетов (БМР), заслуживший репутацию «самого эксклюзивного, таинственного и влиятельного наднационального клуба в мире»[18]. Раскрывая ведущую роль, которую закулисно играл БМР в мировых финансах, исследователь К.Квигли, изучавший в течение 20 лет операции этой сети, писал: «Силы финансового капитала преследовали ещё одну далеко идущую цель: создание ни много ни мало находящейся в частных руках мировой системы финансового контроля, обладающей властью как над политическими системами всех стран, так и над мировой экономикой в целом. Эта система должна была в феодальном стиле контролироваться слаженно действующими центральными банками мира в соответствии с соглашениями, достигнутыми на регулярно созываемых частных встречах и конференциях. Вершиной системы должен был стать находящийся в швейцарском городе Базеле Банк международных расчётов»[19].

БМР представлял собой частный банк, учредителями которого стали центральные банки Бельгии, Великобритании, Германии, Италии, Франции, Японии, а также группа банков США во главе с банкирским домом Моргана («Д.П.Морган энд компани», «Фёрст нэшнл бэнк оф Нью-Йорк» и «Фёрст нэшнл бэнк оф Чикаго») (как выяснилось после его смерти при оглашении завещания, сам Морган был младшим партнером Ротшильдов — прим. ред.). К 1932 г. его участниками стали ещё 19 страны Европы. Вдохновителем этого предприятия был всё тот же Ялмар Шахт, тогда уже президент «Рейхсбанка», располагавший обширными связями на Уолл-Стрит и вынашивавший идею создания такого учреждения, которое и в случае мирового военного конфликта позволило бы сохранить связи между крупнейшими финансистами мира и осуществлять различные сделки. Поэтому с согласия заинтересованных сторон в Устав БМР была включена статья, обеспечивавшая банку неприкосновенность в любой ситуации: он не подлежал ни конфискации, ни ликвидации, а его деятельность не подвергалась контролю[20]. Это было действительно чрезвычайное соглашение. Хотя БМР был создан как коммерческий публичный банк, договор о его создании гарантировал его иммунитет от правительственного вмешательства и даже налогообложения, как в мирное, так и в военное время. Новая организация должна была содействовать сотрудничеству центральных банков и предоставлять дополнительные возможности по осуществлению международных финансовых операций, и так как его деятельность была очень прибыльна, ему не нужны были никакие правительственные субсидии или помощь

Хотя, в соответствии с «планом Юнга», Банк был создан для контроля над операциями по переводу иностранной валюты из Германии за границу в счёт уплаты долгов, уже через год он стал выполнять прямо противоположные функции, превратившись в канал по перекачке американских и английских денег в резервуары нацистов, который наиболее эффективно работал в первые два года гитлеровского правления. С началом германской захватнической политики в сейфы БМР стало перемещаться золото побеждённых ею государств – австрийское, чешское[21], польское и др.

К началу войны Банк полностью перешёл под контроль Гитлера, в его правление входили тогда глава «И.Г.Фарбениндустри» Г. Шмиц, барон К. фон Шрёдер (кстати, совладелец ФРС США, уже тогда постоянно проживавший в Лондоне — прим.ред) банкиры В. Функ и Э. Пуль (двое последних назначены были в правление лично Гитлером). БМР вкладывал накопленное золото в германскую промышленность, и всё это происходило при активной поддержке банковских кругов Великобритании, которую они оказывали и после вступления страны в войну с Германией. Монтэгю Норман на протяжении всей войны входил в совет директоров БМР, а президентом Банка во время войны оставался американец Томас Маккитрик, близкий друг Морганов, олицетворявший собой международное финансовое «братство». Маккитрик, в частности, обеспечил заём на сумму в несколько миллионов швейцарских золотых франков немецкому оккупационному режиму в Польше и коллаборационистскому правительству Венгрии. В течение всей войны большинство членов правления БМР свободно пересекали границы враждующих европейских государств для встреч в Париже, Берлине, Риме или в Базеле (Я. Шахт, например, провёл большую часть войны в Женеве и Базеле, где заключал закулисные сделки, выгодные Германии).

Банк, продолжавший действовать в течение всей войны (прекратились только ежемесячные собрания), не был ликвидирован и после её окончания. Хотя в 1944 г. после обвинения со стороны Чехии в отмывании нацистского золота, украденного из Европы, американское правительство и поддержало резолюцию на Бреттон-Вудской конференции, призывавшей к ликвидации БМР, она в итоге не прошла. Банк сохранил своё значение наднациональной организации по созданию и внедрению мировой валютной стратегии, а в действительности – частного клуба центральных банков, действующего под маской международной клиринговой палаты[22]. Более того, основным членом клуба стала и ФРС США, которую на «Базельском уик-энде» обычно представляет либо её председатель, либо управляющий.

Опыт, наработанный нацистской Германией, оказался бесценным для мировой правящей элиты, и если в прошлые годы она вынуждена была это скрывать, применяя его негласно и тайно, то сегодня, с переходом к открытой частной диктатуре, она нуждается в его последовательной реабилитации. Это тем более важно, что историческая правда всё более выходит наружу, игнорировать её уже невозможно, так что остаётся, как всегда, одно — возглавить процесс, направив его в нужное русло.

_________________________

[1] Цит. По: http://www.newsland.ru/news/detail/id/632128/

[2] Там же
[3] Там же. После принятия в 1935 г. нюрнбергских расовых законов орган сионистской организации «Юдише рундшау» написал, что «интересы Германии совпадают с целями Всемирного сионистского конгресса… Новые законы предоставляют еврейскому меньшинству свою культурную и национальную жизнь…Германия даёт нам счастливую возможность быть самими собой и предлагает государственную защиту для отдельной жизни еврейского меньшинства»

[4] http://berkovich-zametki.com/2008/Zametki/Nomer8/Berkovich1.php; Усовский А. Что произошло 22 июня 1941 г.? М., Витязь, 2006

[5] http://berkovich-zametki.com/2008/Zametki/Nomer8/Berkovich1.php; так же Arad, Y., 1981, Documents On The Holocaust, с. 155; Barnes Review, Secrets of the Mossad, Sept. 1995, с. 11

[6] От ивритского слова haavarah – «перенос», по соглашению см. W.Feilchenfeld, 1972, Haavara-Transfer Nach Palustina. Tilbingen: Mohr/ Siebeck; David Yisraeli, «The Third Reich And The Transfer Agreement», Journal Of Contemporary History, London, 1971, No 2. p.129-148; Encyclopedia Judaica, 1971, Haavara. Vol. 7. p. 1012-1013; R. Hilberg, «The Destruction Of The European Jews», NY: Holmes &Meier, 1985, p. 140-141; R.S. Levy, «1984, Commentary», Sept. 68-71.32

[7] Цит. по: http://www.newsland.ru/news/detail/id/632128/

[8] Там же //http://www.newsland.ru/news/detail/id/632128/; дополнительно см. Nicosia, F. «Third Reich», 1985, p.63-64, 105, 141-144, 219-220; Wistrich, R. «On Hitler’s Critical View Of Zionism In Mem Kampf», 1985, Том. 1, гл.11. Quoted In: Hitler’s Apocalypse, p. 155

[9] Гароди Р. Основополагающие мифы израильской политики. С.11

[10] Гароди Р. Указ. соч. С.9

[11] Там же. С.9-10

[12] Цит. по: Гароди Р. С. 9. В 1940 г. члены Хаганы в бухте около Хайфы подорвали корабль «Патриа» с еврейскими беженцами из Германии на борту. Сделано это было, чтобы вызвать гнев против англичан, собиравшихся везти евреев на остров Маврикий. В итоге погибло 252 еврейских пассажира и английский экипаж корабля

[13] Исследование холокоста. Глобальное видение. Материалы международной Тегеранской конференции 11-12 декабря 2006 г. С.38

[14] М. Shonfeld. The Holocaust Victims Accuse. Documents and Testimony on Jewish War Criminals. N.-Y., 1977. P. 25

[15] Исследование холокоста. Глобальное видение. С.39

[16] Цит. По: Граф Ю. Крах мирового порядка. М., Алгоритм, 2008. С.438

[17] http://www.paneuropa.ru/home.php?id=4&id2=0&id3=9&lang=

[18] Базельская башня http://www.warandpeace.ru/ru/analysis/view/36525/

[19] Цит. По: http://modernhistoryproject.org/mhp?Article=Synarchism

[20] Хайэм Ч. Торговля с врагом http://www.x-libri.ru/elib/highm000/00000008.htm

[21] Ещё до захвата Чехии чешское правительство передало свой золотой запас через БМР в Банк Англии. Тогда нацисты обратились к голландскому представителю в руководстве БМР с просьбой вернуть чешское золото в Базель. Тот позвонил Монтегю Норману (одна из наиболее влиятельных фигур финансового закулисья первой половины ХХ века – прим. ред) , который переправил золото через Базель в Берлин, где оно было использовано для закупки стратегических товаров, необходимых в предстоящей войне

[22] Властители денег из Базеля // http://goldenfront.ru/articles/view/vlastiteli-deneg-iz-bazelya

[23] В. Семиряга. Коллабрационизм. С.610

Институт высокого коммунитаризма

 

Америка от свободы к фашизму. США. Смотреть фильм.

Аарон Руссо — известный бизнесмен, продюсер, политик рассказывает о том как США, некогда основанная на принципах свободы превратилась в полигон на котором отрабатываются принципы управления глобальным обществом без национальностей, прав и свобод. Руссо рассказывает какой путь прошла его родина к тому, чем она стала сегодня, как американцы лишились своих прав и свобод, как они стали невольными спонсорами нового мирового порядка. Автор раскрывает глобальные цели мировой банковской элиты, как непосредственный участник процесса, которому в свое время было предложено стать одним из них. Руссо отказался и сделал этот фильм. Через год после выхода картины его не стало. Многие люди сегодня связывают эти два события.
Памяти американца Аарона Руссо — человека который не побоялся сказать правду, посвящается перевод фильма на русский язык.

А.И.Фурсов: «Капитализм — Самый загадочный строй»

О несущих конструкциях капитализма и их разрушении в современном мире, о феномене СССР, как системного антикапитализма, и о будущем России мы беседуем с Андреем Фурсовым*.

А.И.Фурсов

 

Андрей Ильич, что такое капитализм? Что это за феномен такой в человеческой истории и цивилизации?

 

Капитализм — одна из самых загадочных, если не самая загадочная система в истории человечества. По-своему значительно более интересная, чем цивилизация Майя, цивилизация Древнего Китая и Египта. Капитализм — это система постоянно меняющаяся, нетождественная самой себе и трудноуловимая. Кроме того, у капитализма есть несколько черт, которые резко отличают его от других социальных систем. Как известно, капитализм возник в Западной Европе (и больше нигде) из разложения феодализма и по логике развития он должен был все «докапитализмы» уничтожить. Все вышло с точностью до наоборот. В конце XIX века в мире докапиталистических укладов было больше, чем в XVI веке. Но это были докапиталистические уклады, созданные самим капитализмом. Некоторые из них, правда, к концу XIX века уже ушли, например плантационное рабство в Америке, а некоторые сохранились. Ну и наконец, в XX-м веке возникает системный антикапитализм, то есть, капитализм со знаком минус. Капитализм — очень странная система, которая с одной стороны плодит докапитализмы, а с другой стороны создает свой антипод – системный антикапитализм.

А какие формы характерны собственно для капитализма?

 

При капитализме появляются феномены, которых раньше не было. Это национальное государство, в смысле state (а точнее lo stato) — принципиально новый инструмент, которого раньше не было. Феодалу государство не нужно. У него внеэкономическое принуждение встроено в производственные отношения. А вот когда возникают экономические отношения, появляется необходимость в институте, который занимается принуждением, — возникает государство. Да и нация как форма социоэтнической организации возможна только при капитализме.

 

Появляется политика, которую называют иногда роскошью европейской цивилизации. Неверно полагать, что политика существовала всегда. Те, кто так считает, часто цитируют Аристотеля, который якобы писал, что человек – «зоон политикон» — существо политическое. Это грубая ошибка. Аристотель говорил о том, что человек существо полисное, и вне полиса существовать не может. Дело в том, что политические отношения возникают между субъектами. А  между рабовладельцами и рабами политические отношения невозможны.

 

Владельцы собственности вступают не только во властные, но и в социальные отношения как между собой, так и с несобственниками. Эти отношения институциализируются в качестве гражданского общества. Об идеологии, науке как институте и массовом образовании у нас здесь нет места подробно говорить, ограничусь констатацией, что это тоже феномены сугубо буржуазной эпохи, которые с этой эпохой и уйдут – уже уходят.

 

Иными словами, капитализм создает целый принципиально новый ряд феноменов. Вульгарные марксисты и вульгарные либералы полагают, что капитализм — это своеволие капитала. Но это ошибочная точка зрения. Капитал существовал до капитализма. И будет существовать после капитализма. Я бы сказал, что капитализм — это сложная социальная система, институционально ограничивающая капитал (и таким образом продлевающая для него время) в его долгосрочных и целостных интересах и обеспечивающая ему экспансию (пространство). Экспансия для капитализма необходима по очень простой причине. Он сконструирован как экстенсивная система, и всегда, как только мировая норма прибыли падала, капитализм выхватывал из некапиталистической зоны кусок и превращал его в свою периферию. То есть, зону дешевой рабочей силы, зону рынков сбыта и зону, из которой черпали ресурсы. Но глобализация подвела черту под этим процессом. Больше нет некапиталистических зон, которые можно превращать в периферию капитализма.

 

И что будет дальше?

 

Капитализм должен был бы перейти от экстенсивного развития к интенсивному. Но проблема-то в том, что капитализм заточен под экстенсив. «Интенсивный капитализм» – это исторический нонсенс. Целый ряд институтов капиталистической системы функционируют для того, чтобы эксплуатировалось не собственное население, а внешнее. Свое население при этом выступает в качестве монолита по отношению к эксплуатируемой периферии. Это напоминает ситуацию античных полисов, где граждане сообща выступали, как коллективный рабовладелец.

 

И на пути к интенсификации капитализма стоят институты капиталистического общества, политико-гражданское общество, национальное государство и система массового образования.

 

Но если мы посмотрим, что происходит в последние 30 лет, то увидим, что разрушаются именно эти несущие конструкции капитализма. Гражданское общество скукоживается, политика превращается в комбинацию шоу-бизнеса и административной системы (поэтому появление таких людей, как Шварценеггер в качестве губернатора Калифорнии, — вещь не случайная). И что происходит с образованием, мы тоже видим. То, что происходило у нас первые 10 лет XXI века, когда команда Фурсенко под видом реформ разрушала образование, в Соединенных Штатах успешно прошло в 70-90-е годы. Достаточно посмотреть на нынешнее школьное образование США, чтобы понять, что там этот процесс благополучно завершился. Свидетельствую как человек, который читал лекции в престижных американских университетах и у которого сын учился в американской школе. Другое дело, что в американской школе существует очень продуманная система отбора талантливых детишек среднего слоя – им помогают делать карьеру, изымают в качестве потенциальных лидеров протеста, и они попадают в число 8%, которые обслуживают 2% верхов (вместе – 10%). Но в любом случае образование разрушается.

 

А как у нас происходит это разрушение? Что, министр получает специальный приказ разрушать?

 

Не обязательно вызывать Фурсенко на заседание Бильдербергского клуба и говорить: «Ну-ка, Фурсенко, – фас». Можно сделать значительно проще. Международный валютный фонд выделяет деньги на реформу российского образования в определенном направлении. И чтобы освоить эту морковку, сгрызть ее своими жадными зубами, чиновничество, естественно, разрушит все, что угодно. Не надо отдавать прямые приказания, можно просто бросить горсть золотых монет.

 

А зачем все-таки творцам современной системы и тем людям, которые ею управляют, ее демонтировать?

 

Капитализм отработал свое. Он уже не может позволить себе сохранить те институты, которые раньше обеспечивали единство капиталистического ядра по отношению к остальному миру. Поэтому их нужно демонтировать. Программным документом дедемократизации стал доклад «Кризис демократии», подготовленный еще в 1975 г. по заказу Трехсторонней комиссии С. Хантингтоном, М. Крозье и Дж. Ватануки. Сегодня Жак Аттали  в открытую говорит о демонтаже капитализма и о том, что нужна глобальная распорядительная экономика. С критикой последнего 30-летия выступают Обама, Меркель и другие. На последнем Давосе председатель   форума   профессор   Клаус   Шваб сказал, что «капитализм   в   своем  нынешнем виде уже не соответствует миру вокруг нас», и он не может решать проблемы. Они говорят обычно – «проблемы человечества», но всем этим людям на человечество плевать. Речь идет об одном проценте мирового населения, который выковывал свою власть с рубежа XVI — XVII веков с так называемой протестантской революции, и переселении венецианцев в Англию, и формировании хищного исторического субъекта, который и создавал капитализм. Они демонтируют систему, которая их больше не устраивает, и создают на ее месте совершенно другую систему.

 

А что это за система?

 

Если феодализм — это контроль над землей, а капитализм – это контроль над овеществленным трудом — капиталом, то уже позднее капиталистическое общество демонстрирует ситуацию, когда решающую роль играет контроль над духовными факторами производства, или грубо говоря, над информационными потоками. Для этого нужно разрушить образование, то есть низвести всех на очень низкий информационный уровень. А второе – сконцентрировать реальные знания в очень узких кругах, как это было в жреческих системах Древней Индии или Древнего Египта. И то, что мы видим в последние 30 лет, — одна из составных частей неолиберальной революции. Неолиберальная революция — это хаотизация экономических процессов. Но параллельно идет процесс хаотизации человеческого сознания. И последние 30 лет вообще можно назвать тридцатилетием хаоса. Мы видим, как управление социальной психологией происходит посредством массовой культуры. А сейчас и управление на уровне психических процессов. Ведь что показала так называемая арабская весна? Что заинтересованные лица на Западе наконец нашли средство не пробивать, а обходить защиту, которую ставят на их пути незападные культуры: ислам, конфуцианство, индуизм.

 

Что значит обходить защиту?

 

Последние 20-30 лет западные спецы бились над тем, как пробить эту стену. Но оказывается, ее можно обойти, воздействуя не на социальную психологию, которая завязана на культурные коды, а непосредственно на психику. Флэш- и смартмобы, воздействие через блогосферу – все эти приемы мы и увидели во время «арабской весны». По-видимому, контроль над психосферой будет одной из характерных черт нового посткапиталистического общества. Разумеется, если этот проект у глобальной верхушки реализуется. Но что-то мне подсказывает, что далеко не все пойдет так, как они задумали. И хотя Североатлантические элиты в послевоенный период сделали все, чтобы фигуры типа Сталина и Гитлера, которые соскочили с крючка, не появились, тем не менее, процесс все равно выходит из-под контроля, и на периферии появляются люди вроде Саддама Хусейна или Каддафи.

 

При этом можно сказать, что на самом Западе эта проблема решена. Если мы посмотрим на три поколения послевоенных политических лидеров, то увидим, как проседает их интеллектуально-волевая планка, что каждое следующее поколение более серое, чем предыдущее.

 

Вы имеете в виду публичных политиков, а не реальных…

 

Да, я имею в виду публичных политиков, а не тех, кто стоит на заднем плане. Хотя и последние, похоже, переживают не лучшие времена. И, кстати, само появление этих серых людей свидетельствует о том, что система настолько хорошо саморегулируется, что даже такие люди как Картер или Обама ничего не могут изменить, они действуют в узком коридоре возможностей. Такие картонные солдатики, которых просто переставляют, и говорят, что делать. А если картонный солдатик ведет себя не так, то ему очень изящно намекают, что его может ждать. Ну, например, президент Картер (1976–1980 гг.) решил, что он должен изменить Америку. И начал говорить об этом во время предвыборной кампании в 1979 г. Ему объясняли, что делать этого не надо, но он проигнорировал «мягкие и добрые советы». И в Калифорнии, во время его поездки произошла такая история. Полиция арестовала в зале двух людей, которые, как полиция заявила, собирались на него покушаться. И были объявлены имена этих якобы покушавшихся – Раймонд Ли Харви и Освальдо Ортис.  И если сложить имена, то получается Ли Харви Освальд[1]. И самое интересное, что Картер все понял. Вернувшись в свою резиденцию, он заявил, что утратил контроль над правительством, реформ проводить не будет.

 

Официально было объявлено, что Освальдо Ортиса и Раймонда Ли Харви осудили и посадили. Через год журналисты стали искать их в тюрьмах, и выяснилось, что в общей электронной картотеке тюрем США такие люди никогда не значились.

 

Вернемся на несколько десятилетий назад. Что за феномен Советский Союз в рамках капиталистической системы?

 

СССР, системный антикапитализм,  нужно рассматривать, как систему, возникшую на пересечении векторов развития двух больших систем – капитализма и России, двух линий. С одной стороны это, безусловно, левый якобинский проект модерна. СССР возник как революционное отрицание в России капитализма, причем не только российского, но и мирового, поскольку бóльшая часть проблем России в начале ХХ в. была связана с ее местом и функцией в международном разделении труда, в мировой капсистеме.

 

А с другой стороны, возникшая система оформилась как отрицание частной собственности и классов. И это логическое развитие русской истории с середины XVI в века, со времен Ивана Грозного. Дело в том, что логика истории русской власти последние 400 лет заключается в следующем. Власть охватывает всё большие слои населения, то есть разбухает. Функциональные органы власти, и все наши господствующие группы — бояре, дворяне, пореформенные чиновники — становятся по численности все больше: дворян было больше, чем бояр, пореформенных чиновников больше, чем дворян. А с точки зрения обладания собственностью, всё с точностью до наоборот. Дворяне были беднее боярства, пореформенные чиновники вообще сидели на зарплате. И в этом плане советская номенклатура, то есть огромный слой людей, плюс слои обслуживающих прилипал, — это господствующая группа без собственности вообще. И в этом плане можно сказать, что советская номенклатура – это финал некой тенденции. Отчасти это было такое воспоминание в будущем о XVI веке, когда монах Ермолай-Еразм подал Ивану IV, тогда еще не Грозному, сказку. Сказка — это теоретическая записка на языке XVI века.  В этой сказке он говорил, что поскольку земли мало, то детям боярским, то есть дворянам, не надо ее давать. Нужно посадить их на продовольственный паёк. Ивану Грозному идея понравилась, но реализовать её он не осмелился. Номенклатура, созданная большевиками и усовершенствованная Сталиным – это и есть реализация плана Ермолая Еразма.

 

Так вот, Советский Союз — был отрицанием и самодержавия, (оно не смогло окончательно рассечь власть и собственность) и капитализма.

 

И, наконец, в-третьих, СССР – это отрицание мировой революции Ленина и Троцкого. И это последнее отрицание снимает противоречие между двумя первыми. Это нарушение планов тех, кто собирался превратить Россию в сырьевую базу мировой революции.

 

С точки зрения населения России СССР был средством выживания русского народа, и других коренных народов России, в условиях капитализма. И нужно сказать, что слом троцкизма в конце 20-х годов обеспечил 60 нормальных лет жизни, победу над Гитлером и запуск Гагарина в космос. По крайней мере, до 1991 года мы жили за счет того, что был сломлен проект мировой революции, и, удалось, использовав противоречия империалистических держав, выскочить из исторической ловушки.

 

А что, собственно, произошло в1991-м году ?

 

В 1991 году Россия по многим параметрам вернулась к тому положению в международном разделении труда, которое она занимала в конце XIX — начале ХХ веков. Огромный разрыв между богатыми и бедными – почти до состояния «двух наций», сырьевая специализация в международном разделении труда, финансовая зависимость от Запада и фактическая выплата ему дани, моральное разложение верхов и низов, угроза утраты суверенитета и распада страны.

 

То есть оказалась отброшенной на 100 лет назад, да еще и на периферию капиталистического мира?

 

Экономически мы отброшены в полупериферию, а не в периферию. Но до тех пор, пока у нас есть ядерное оружие, и мы можем нанести неприемлемый ущерб США, мы остаемся великой державой. Но это реальное противоречие, такое же, как было в конце XIX века между великодержавным статусом и сырьевой ориентацией. И такое же, как то, которое возникло на рубеже 60-70 годов, когда Советский Союз стал превращаться в нефтяного донора мировой экономики, и в то же время оставался великой державой. В таких ситуациях противоречие решается в пользу одного или другого. Либо великая держава, и тогда не сырьевой статус. Либо сырьевой статус, но тогда уже не великая держава. Я думаю, что в ближайшие десятилетия это противоречие так или иначе в России будет разрешено. Либо мы свернем на рельсы создания новой исторической России, — третьей структуры после самодержавия и коммунизма, — либо Россия превратится в сырьевой придаток и распадется на части. И тогда, возможно, крушение русского мира как культурно-исторического типа, как матрицы архетипов и смыслов.

 

Сейчас достаточно часто говорят о новом левом проекте, СССР-2. Скажите, насколько возможно возвращение к тем формам, которые существовали в СССР до 91-го года?

 

В истории вообще ничего нельзя реставрировать. К тому же у СССР были серьезные противоречия, которые «разрешились» его гибелью или, если угодно, убийством. Крушение СССР не было необходимым, но оно было закономерным.

 

Выход из нынешней ситуации возможен только путем решения двойной задачи — изменения положения РФ в международном разделении труда и подавлении всех слоев, заинтересованных в консервации РФ в качестве сырьевого придатка и финансового данника. Как и в начале ХХ века нужно двойное отрицание. Это выглядит как «левый» и державный поворот. Но в кавычки я беру слово «левый» не случайно: в период системного кризиса капитализма многие противоречия между «левым» и «правым» краями идейно-политического спектра стираются, а сам кризис может оказаться для России шансом выскочить из исторической ловушки. Так уже не раз бывало в истории – в начале XVII в., второй четверти XVIII в. и в 1920–1930-е годы. России удавалось вырваться из ловушки и, искупавшись в кипятке и ледяной воде, обернуться добрым молодцем именно тогда, когда «хищникам» и «чужим» было не до России – они рвали друг друга. Но для того, чтобы воспользоваться ситуацией кризиса, нужны две вещи – воля и разум. Воля, чтобы победить врага. Разум, чтобы понять, как это сделать, а еще раньше – осознать, что другого выхода нет, надо сражаться.

 

И последний вопрос. В каком направлении стоит двигаться молодому человеку, который сейчас оканчивает школу или учится в университете, чтобы быть адекватным современному миру, и самое главное, чтобы послужить России?

 

Мой ответ будет банальным: сопротивляться хаосу, распаду, энтропии; стараться даже в нынешних трудных и сложных обстоятельствах делать нравственный выбор.  Понимаю, что это сложно, особенно в условиях большого количества соблазнов, в условиях морального кризиса. Но единственный способ достойной жизни – это жить в соответствии с принципами социальной справедливости. В России может быть среднедостаточная жизнь, и есть некий уровень социального достатка, выше которого подняться, сохранив честность, практически невозможно.

 

Поэтому молодому человеку я бы посоветовал получить образование, профессионализм и мастеровитость – залог свободы, независимости, Беречься от соблазнов и любить свою Родину. Родина – это не только то, что существует сейчас. Жизнь не начинается с нашей личной историей. Наша Родина – это наша тысячелетняя (а скорее всего и больше) история. Это наши победы, это наши достижения и наши поражения (за одного битого двух небитых дают).

 

Поэтому единственное, что можно посоветовать – это воля и разум. Воля – это готовность защищать свою страну и свои идеалы. Разум – это хорошее образование. Я понимаю, что это сказать значительно легче, чем сделать. Но кто сказал, что наша жизнь — легкая штука?  Жизнь – это бремя ответственности, свобода выбора которой, наверное, и есть счастье.

* (Фурсов Андрей Ильич, р. 1951 г.; директор Центра русских исследований Московского гуманитарного университета; директор Института системно-стратегического анализа; академик Международной академии наук, Инсбрук, Австрия).

Беседовал протоиерей Максим Первозванский